Работа творцом

На главной улице Краснодара оглушительно тихо. Пряный ноябрьский город под бесконечно черным небом замерз, остановился и успокоился. Ветер, несущийся по Красной, врезается в дома и путается в деревьях. Из круглосуточного кафе льется шепотом музыка. Расслабляющий и уютный джаз. И это безумно странно: стоять на перекрестке, когда нет на дороге ни единой машины, до рези в глазах смотреть на мигающий оранжевым глазом светофор и ловить в голове спутанные, хаотичные мысли и обрывки фраз. Кажется, что ты простужен немым чувством. А по венам битым стеклом – музыка.

В последние годы любовь к прекрасному становится обязательным атрибутом интеллигентного и следующего веяниям моды молодого человека. Чтобы быть интересным собеседником, выделяться среди своих сверстников, привлекать внимание противоположного пола, необходимо не просто увлекаться искусством – разбираться в нем. Ничего плохого в этой тенденции нет. Ничего, кроме того, что многим на самом деле все это не интересно. Я гляжу на юношу, заскучавшего уже после первых десяти минут концерта, и становится очень обидно за наше поколение. Отчего-то мы слишком подвержены влиянию остальной массы. Больше не вольны делать то, что нам нравится. Больше не свободны?..

А ведь рок – это свобода в чистом виде. Сердце колотится в ритм, все внутри вздрагивает в такт музыке. Почувствовать собственную душу становится как никогда просто. Сопровождение Государственного эстрадно-симфонического оркестра – крылья, подаренные свободе. Слушай себе да лети. Игорь, лидер «Vagabond from R.o.D.», напрасно волновался о том, получилось ли совместное звучание. Со сцены льется абсолютно чистый и свободный единый голос. Сплетение и дополнение. «Vagabond» ловко играют со зрителями: переносят их то в Америку, то на уютный квартирник, а симфонический оркестр, спрятавшись в тени, с удовольствием хулиганит вместе с рокерами.

Есть ли разница между творчеством и творением? Обычно никто не задумывается об этом. Зрители заходят в зал, занимают свои места. В ожидании переговариваются, с интересом рассматривают сцену, уже готовую к началу концерта. Все они разного возраста: и старшее поколение, и молодежь, и родители с детьми. Хочется думать, что любовь к року и восхищение симфонической музыкой не угасает в людях уже ни один десяток лет. Что большая часть зрителей по-настоящему любит музыку и понимает ее.

Около двух часов назад в главном зале Краснодарской филармонии царил приятный полумрак, зрительские места были накрыты тяжелым алым пологом. В воздухе разлито приятное волнение и азарт, подкрепленный желанием каждого здесь во что бы то ни стало сделать свою работу хорошо. На сцене кипела работа: хотя до концерта и оставалось еще достаточно времени и почти все уже было готово, оставалась масса важных мелочей. Сегодня все должно быть идеально.

Игорь, лидер группы, сначала вовсе меня не заметил. Слишком занятый подготовкой к концерту, только скользнул взглядом по постороннему в зале человеку. Когда обратилась к нему, посмотрел сначала сурово, с недоверием и интересом. Но как только я задаю вопрос о музыке, лицо его преобразилось: разгладилась морщинка на носу, губы растянулись в спокойной, легкой улыбке. Он знает что-то, чего не знаю я, и сейчас обязательно расскажет. И эта мысль не давала покоя, пока пыталась увести разговор с немногословным артистом в нужное русло.

А потом он произнес фразу, которая разрушила как карточный домик некую мою иллюзию:

«Музыка – это длинные деньги».

Заметив мою растерянность, поспешно объяснил, что музыка – это работа, это такое же ремесло, как и другие. В ней нет творения. Его группа – это команда тех, кто захотел связать с музыкой свою жизнь, сделать из юношеского увлечения работу. И им это блестяще удалось. Игорь улыбнулся почему-то виновато: «Искусства здесь нет».

У меня голова закружилась.

Разговор заскользил не туда. Я думала об этих словах до самого концерта, но забыла о них сразу, как только зазвучали первые ноты.

Пусть музыка – это для них работа. Пропуская через себя, они несут нам, слушателям, мысли и чувства творца и свои собственные, становясь, порой невольно, сотворцом произведения. Творчество – в интерпретации. Творение – в эмоциях. Искусство – в нас самих. Слова, краски, ноты, творцы и артисты будят его. И по большом счету не столь важно, когда осознаешь главное: пока слушаешь и кажется, что поют только для тебя, или пока снова и снова думаешь о не выходящей из головы строчке, или пока смотришь, как мигает оранжевым светом светофор.