Текст: Ольга Жердева

Алексей Мосолов. Просто говорить правду

 

Говорят, что актёром нужно родиться. В принципе, это верно для всех творческих профессий: без врождённого таланта творчество становится ремеслом. Вместо художника выйдет максимум дизайнер, вместо писателя – копирайтер, а вместо актёра… А актёра просто не будет, ведь на сцене малейшая фальшь видна даже самому невнимательному зрителю.

Алексей Мосолов – актёр Краснодарского академического театра драмы им. Горького, один из основателей «Одного театра», режиссёр спектаклей «Параллели» и «Затворник и Шестипалый». Он не вырос за кулисами и, более того, до Краснодарского государственного университета культуры и искусств успел получить диплом инженера. Как получилось, что физик стал лириком?

Инженер меняет профессию

На самом деле Алексей проявлял признаки творческой личности задолго до поступления в Азово-Черноморскую агроинженерную академию. Художественная самодеятельность в школе, любовь к рисованию – казалось бы, зачем тогда тратить время на получение профессии инженера?

«Это не было тратой времени. Да, мне хотелось творчества, но чего конкретно, я тогда не знал. Нужно было присмотреться к жизни и к себе. Где-то курсе на третьем я понял, что пойду в актёры. Потому что хотелось… говорить правду. Мне казалось, что сцена – единственное место, где можно быть по-настоящему искренним».

Для родителей такое решение сына стало, возможно, не самой приятной неожиданностью, хотя Алексей постепенно готовил их к грядущим переменам.

«Сначала я говорил, что обязательно получу второе высшее. Потом стал говорить, что это, возможно, будет юридическое. Родители это одобряли. И только получив диплом инженера, сознался (себе и им), что пойду в артисты. Папа, как мне показалось, тогда не совсем понял, что я имею в виду, а мама очень сильно удивилась. Под их реакцией скрывался самый настоящий шок. Они оба всю жизнь проработали совсем в иной сфере – отец танкист, а мама была рядом с ним: заведовала архивом на танкоремонтном заводе, потом предприниматель. И я благодарен им за то, что они открыто восприняли мои пожелания, дали возможность попробовать себя в новой сфере».

Точно в десятку

А дальше случилось первое прослушивание в Краснодарском государственном университете культуры и очень благоприятный прогноз от мастера.

«Озвучив своё решение родителям, я начал изучать информацию по театральным ВУЗам. Москва и Петербург не привлекали – тогда для меня это было слишком далеко и непонятно, стал искать ближе к станице Кущёвской, где мы тогда жили… В Ростове – ничего. Краснодар, «последняя точка на карте», – есть набор!

Приехал просто посмотреть, зашёл на факультет театрального искусства, и тут как раз по коридору бежала Светлана Александровна Ливада, мой будущий мастер. Остановилась возле меня, посмотрела: «На актёрский поступать?». Я: «Да!». Она берёт меня за руку, ведёт в аудиторию и говорит: «Пойдём, послушаю». Заходит, садится за стол и говорит: «Ну, читай!».

А я приехал просто узнать, набирают тут актёров или нет… Что читать, как читать? Но быстренько перестроился. Выдал ей стихотворение, она пристально посмотрела мне в глаза и сказала: «В десятку должен попасть!». Я только потом понял: десять бюджетных мест».

И за оставшуюся до экзаменов неделю инженеру пришлось приложить максимум усилий, чтобы превратиться в актёра.

«Я подготовил дополнительное произведение, вспомнил, как раньше играл на фортепиано, какие-то элементы акробатики, пластики… И в десятку вошёл. Но, так как это было второе высшее, на бюджет меня взять не смогли. Хотя в деканате спросили: может, мы первый диплом спрячем и никому показывать не будем? Я отказался. Если уж пришёл говорить правду, то пора начинать».

«Где начинаюсь я?»

Потом был Краснодарский академический театр драмы и более десятка разноплановых ролей: от Горацио в «Гамлете» до Ворона в «Снежной Королеве». А уже в 2012-м Алексей Мосолов вместе с Арсением Фогелевым и Виталием Борисовым основали «Один театр», первым шагом к которому стал вопрос: «Где начинаюсь я?».

«Ещё будучи студентом театрального факультета, я чувствовал необходимость самостоятельного творчества. Начало рождаться собственное видение профессии, это был первый шаг на пути к «Одному театру».

Мне было необходимо увидеть, что есть я в свободном плавании. А как это сделать? Нужно попробовать сделать что-то с нуля, самому. В создании рисунка роли тоже есть самостоятельность, но она сильно ограничена. И этот момент обнуления – где же начинаюсь я? – поймать сложно. К моменту создания «Одного театра» эта потребность начать с нуля, с точки, где нет ничего, выросла в решение создать театр. Вырастить театральный организм, который отвечал бы и моим человеческим потребностям, и моему видению профессии».

Преломление реальности

«Самое ценное для меня в профессии режиссёра – возможность передать своё видение какой-то проблемы. А чтобы это передать, нужно самому быть носителем идеи. Только тогда ты вправе создавать мир, где эта идея сможет ожить. Если брать актёрскую работу, то в ней ты волей-неволей включаешься в чью-то идею и реализуешь именно её. В режиссуре же идёт трансляция собственной мысли. Собственное видение – привилегия не только художника живописи, но и художника сцены, художника музыки… Эта составляющая есть у многих, но не все решаются позволить внутреннему художнику говорить».

Поэзия взаимодействия

Первый самостоятельный режиссёрский опыт – спектакль «Параллели» стал победителем смотра-конкурса самостоятельных работ в номинации «Лучший спектакль», а также принес супругам Мосоловым звание «Самые знаменитые люди Краснодара» в номинации «Театр» в «ТОП 25» по верси журнала «Собака.ru» в 2014 году. В ноябре 2016 года «Параллели» будут представлены на московском Форуме независимых театров России.

«Параллели» задумывались как некий комплекс по формированию мировоззрения. Не просто игра с эмоциями, но и попытка вложить в зрителя нечто, что будет необходимо осмыслить.

В этой постановке мы старались придерживаться максимальной физиологичности, открытости, экологичности. От происходящего должно веять свежим воздухом, не имеющим ничего общего с городской духотой. Мы формировали то, что хотели увидеть на площадке, по кусочкам. Книги, живопись, кино, театр, философия – культурологический срез, замешанный на глубоком взаимодействии двух личностей, мужчины и женщины, меня и Аллы. История её жизни, моя история – столкновение, взаимодействие и сосуществование».

Выход за рамки

«Затворник и Шестипалый» по одноимённому произведению Виктора Пелевина (спектакль-победитель смотра-конкурса актёрских и режиссёрских работ 2016 года в нескольких номинациях), по словам Алексея, стал попыткой передать собственное видение прозаического произведения. Стоит отметить, что театральные постановки по Пелевину – явление довольно редкое.

Кстати, Алексей и сам планировал выйти на сцену в роли Затворника, но репетиционный процесс затягивался, и стало ясно, что такими темпами к премьере просто не успеть. В итоге роль безраздельно досталась Артёму Акатову.

«Спектакль, который был в замысле, и тот, который появился на сцене – это два разных спектакля. С «Параллелями» всё было иначе: их мы придумали, они уже существовали в наших головах, на бумаге, в музыкальном ряде – оставалось только срепетировать на площадке. А «Затворник…» – это перенос авторского текста на сцену. И этот текст, когда мы приступили к репетициям, буквально взял за горло. Кроме того, в постановочной команде явно собрались приверженцы Пелевина – я никак не мог увязать то, что уже было в моей голове, с тем, что происходило на сцене. Буквально за пару недель до премьеры нам удалось наконец двинуться к единой цели. И мы стали хвататься за то, что даёт в своём произведении Пелевин. За неразрывную связь мистики с какой-то очень конкретной бытовухой. Наверное, именно этим «Затворник и Шестипалый» зацепил меня. Курицы могут летать! И человек может всё, несмотря на действительность, наполненную огромным количеством условностей. Все границы только в нашей голове. За рамки можно и нужно выйти, чтобы увидеть мир со стороны».

Лабораторная работа

Один из спектаклей «Одного театра», «Балерина из фаст-фуда», появился на сцене благодаря лаборатории уральской пьесы, которая проводилась в театре. В скором времени «Один театр» планирует возобновить лаборатории и начать сотрудничество с театральными центрами из других стран. Кроме того, есть идеи переноса на театральную сцену киносценариев, а ещё темой отдельной лаборатории является классика.

«Зачем нужны творческие лаборатории? Видите ли, есть два варианта работы: мы можем работать замкнуто, а можем работать для публики. Можем закрыться здесь, сидеть и читать драматургию, думать, актуальна ли она, пытаться предугадать реакцию зрителя – это один способ работы. А есть иной способ, открытый. Это эксперимент – взять драматургию и изучать её вместе со зрителем. Вот, к примеру, уральская драматургия. Давайте мы с вами вместе разберёмся, нужна она в принципе или нет.

С участием зрителя мы исследуем театральный мир, поле драматургии. И ещё до рождения спектакля получаем обратную связь.

Зритель становится участником выбора материала и невольным соавтором. Для театра это – изучение мнения аудитории, а для зрителя – вовлеченность в процесс, возможность яснее прочувствовать, понять. И анализ обсуждения даёт нам потрясающий результат. И как порой неожиданно открывается наша жизнь – кто бы мог подумать, что из далёкого XVIII или XIX века, от какого-нибудь полузабытого автора к нам потянется нечто, что найдёт живой отклик в зрителях».

Спектакли, которые ставим мы, и спектакли, которые ставят нас

Театральная жизнь преподносит сюрпризы. Иногда режиссёр ставит спектакль, а иногда спектакль начинает диктовать свои условия и «ставит» режиссёра. Например, давно задуманная постановка о жизни и творчестве Эдит Пиаф оказалась «с характером».

«Идея этой постановки пришла еще в стенах драмтеатра, незадолго до увольнения из драмтеатра режиссёра А. Огарёва. Это было в 2013 году, а работа над постановкой продолжается. «Эдит…» постоянно диктует нам свои условия: мы подстраиваемся под неё, а она не хочет подстраиваться под нас. Это непростая система взаимоотношений, но  прогноз по поводу постановки оптимистический. «Эдит…» не единственное, что хотелось бы поставить. Нет смысла перечислять все задумки, так как пока нельзя сказать, что в итоге выйдет. Хочу поставить «Тьму» Леонида Андреева, а возникнет сейчас какой-нибудь Джон Бард, который, к слову, уже возник, скажет: «Здравствуйте! А попробуйте меня поставить!» – «Ах, как хочется, давайте попробуем!». И переключимся на него. В настоящее время мы параллельно работаем над несколькими постановками, и они между собой тоже ведут диалог. Как только взаимодействие сложится, станет понятно, куда оно нас выведет».